Меню

Советскую власть сравнил с редиской



«Редиска»[106]

Теперь, по свидетельству приезжающих, это один из самых распространенных терминов в Советской России. Им обозначается огромная категория, подавляющее большинство советских служащих и даже известная часть официальных членов правящей коммунистической партии. Он прилагается иногда и к государству в его целом. Честь изобретения его принадлежит самому Ленину, и он прочно усвоен советскими гражданами.

Редиска. Извне — красная, внутри — белая. Красная кожица, вывеска, резко бросающаяся в глаза, полезная своеобразной своей привлекательностью для посторонних взоров, своею способностью «импонировать». Сердцевина, сущность — белая, и все белеющая по мере роста, созревания плода. Белеющая стихийно, органически.

Не то ли же самое — красное знамя на Зимнем Дворце и звуки «Интернационала» на кремлевской башне? Разве не оправдывает жизнь этот образ, год тому назад казавшийся столь дерзким, столь парадоксальным.

Старая буржуазия умерла, — рождается новая буржуазия. А подчас и старая перерождается в новую.

Умерла и старая бюрократия, — но тоже фатально рождается новая. И опять-таки нередко старая, пройдя подобно фениксу «стадию пепла», воскресает в новой.

То же самое — армия.

То же — дипломатия.

…Король умер, — да здравствует король.

Взятая в историческом плане, великая революция, несомненно, вносит в мир новую «идею», одновременно разрушительную и творческую. Эта идея в конце концов побеждает мир. Очередная ступень всеобщей истории принадлежит ей. Долгими десятилетиями будет ее впитывать в себя человечество, облекая ее в плоть и кровь новой культуры, нового быта. Обтесывая, обрабатывая ее.

Но для современности революция всегда рисуется прежде всего смерчем, вихрем:

— Налетит, разожжет и умчится, как тиф…

И организм восстанавливается, сохраняя в себе благой закал промчавшейся болезни. «Он уже не тот», но благотворные плоды яда проявят себя лишь постепенно, способствуя творческому развитию души и тела…

Революция бросает в будущее «программу», но она никогда не в силах ее осуществить сполна в настоящем. Она и характерна именно своим «запросом» ко времени. И дедушка Хронос ее за этот запрос в конечном счете неизбежно поглощает.

Революция гибнет, бросая завет поколениям. А принципы ее с самого момента ее смерти начинают эволюционно воплощаться в истории. Она умирает, лишившись жала, но зато и организм человечества заражается целебной силой ее оживляющего яда.

Склоняясь к смерти и бледнея,

Ты в полноту времен вошла.

Как безнадежная лилея,

Ты, умирая, расцвела…

Но теперь, теперь… В ужасе мечутся революционные энтузиасты:

— Кит Китыч опять у себя в Замоскворечьи.

Словно загадочная сила, от которой когда-то перевелись богатыри на Святой Руси: ее уничтожают, а она множится, растет…

Но, впрочем, не беспокойтесь:

— Это уже не прежний Кит Китыч. Это новая аристократия, новая буржуазия, новая бюрократия. Сакраментальная триада эта в своем конкретном составе или выдвинута, или перерождена революцией, бессильной ее ликвидировать, но достаточно мощной, чтобы ее решительно преобразить.

«Запрос» русской революции к истории («клячу-историю загоним»!) — идея социализма и коммунизма. Ее вызов Сатурну — опыт коммунистического интернационала через пролетарское государство.

Отсюда — ее «вихревой» облик, ее «экстремизм», типичный для всякой великой революции. Но отсюда же и неизбежность ее «неудачи» в сфере нынешнего дня. Но как ни мощен революционный порыв, — уничтожить в корне ткани всего общественного строя, всего человечества современности он не в состоянии. Напротив, по необходимости «переплавляются» ткани самой революции. Выступает на сцену благодетельный компромисс.

В этом отношении бесконечно поучительны последние выступления вождя русской революции, великого утописта и одновременно великого оппортуниста Ленина.

Он не строит иллюзий. Немедленный коммунизм не удался — это ему ясно, и он не скрывает этого. «Запоздала» всемирная революция, а в одной лишь стране, вне остальных, коммунизм немыслим. «Социальный опыт» только смог углубить уже подорванное войной государственное хозяйство России. Дальнейшее продолжение этого опыта в русском масштабе не принесло бы собой ничего, кроме подтверждения его безнадежности при настоящих условиях, а также неминуемой гибели самих экспериментаторов.

Наладить хозяйство «в государственном плане», превратить страну в единую фабрику с централизованным аппаратом производства и распределения — оказалось невозможным. Экономическое положение убийственно, и все ухудшается; истощены остатки старых запасов. Раньше можно было не без основания ссылаться на генеральские фронты, — теперь их, слава Богу, уже нет. Что же касается кивков на внутренних «шептунов», то сам Ленин принужден был признать сомнительность подобных отговорок. Дело не в шептунах: их «обнагление» — не причина разрухи, а следствие. Дело в самой системе, доктринерской и утопической при данных условиях. Не нужно быть непременно врагом советской власти, чтобы это понять и констатировать. Только в изживании, преодолении коммунизма — залог хозяйственного возрождения государства. И вот, повинуясь голосу жизни, советская власть, по-видимому, решается на радикальный тактический поворот в направлении отказа от правоверных коммунистических позиций. Во имя самосохранения, во имя воссоздания «плацдарма мировой революции», она принимает целый ряд мер к раскрепощению задавленных великой химерой производительных сил страны.

В настоящий момент нам безразличны мотивы «новой тактики» Ленина. Важна сама эта тактика. Ее нельзя не приветствовать.

Нельзя отрицать, что чрезвычайно содержательным показателем внутренних настроений современной России является стиль последнего кронштадского восстания. Можно (и даже следует) вслед за берлинским кадетским «Рулем»[107] питать глубокое «недоверие к идейной осмысленности» этого сумбурного и неуклюжего взрыва, явно угрожавшего «анархизацией всей страны» — но подозревать его «подлинность», его «органичность» все же не приходится. Он — кусочек «зеленого шума», и по его лозунгам можно судить о тех силах, которые ныне там, «во глубине России», явились на смену тютчевской «вековой тишины…»

Читайте также:  Прилагательным какого разряда присуща категория степени сравнения

«Да здравствуют Советы, но долой иго коммунистов!» — вот лейтмотив движения. До мозга костей проникнутый революционной психологией и фразеологией, Кронштадт заявил себя непримиримым лишь к одному: к диктатуре коммунистов, к системе насильственного коммунизма.

«Ревком», «да здравствует революционный пролетариат и крестьянство!», «товарищи, присоединяйтесь к нам!», «на страже революции» и т. д. — Этими терминами пестрят «Известия» кронштадтских повстанцев. Не политический строй советов, не «власть рабочих и крестьян», а лишь бездушный режим экспериментального коммунизма поднял их на борьбу, на бунт. И если торжество этого бунта лишь ухудшило бы состояние страны, то причины его останутся действенны и неизбывны до тех пор, пока не будет ликвидирован принудительный коммунизм, препятствующий хозяйственному оздоровлению современной России. Если его не ликвидируют сверху, он окажется сокрушенным снизу. Ненавистью к нему обусловливается и ненависть к правящей партии. Парализовать эту ненависть она сможет лишь прочно став на путь изменения своей тактики в основной экономической проблеме наших дней. Властью должны быть восстановлены некоторые существеннейшие элементы индивидуалистического хозяйства. По-видимому, мы к тому и идем…

Революция, судя по всему, приходит к своей «критической» стадии. До сего времени она по преимуществу оплодотворяла даль времен за счет конкретного организма своего государства. Теперь ей предстоит укрепить, оживить этот последний, быть может, отчасти за счет своих всемирно-исторических задач. Она уже прославляла Россию в веках. Ныне ей надлежит восстановить русское государство в его конкретной материальной мощи.

Урок Кронштадта словно дает понять, как это сделать. Он одновременно — предостережение и императив.

«Редисочный» облик государственности в настоящий момент нужен, полезен России. Он, с одной стороны, предохраняет ее от анархии и своеобразно поддерживает ее международный престиж, а с другой — обеспечивает неизбежность перехода ее к нормальным для данного периода ее развития формам хозяйствования и властвования. Нынешней России одинаково нужны и красный фасад, и белое нутро. Вот почему с национальной точки зрения сейчас не только нельзя сочувствовать окраинным генеральским авантюрам, но и желать успеха внутреннему повстанческому движению стиля Кронштадта и Украины. Единственный надежный путь — трансформация центра.

Революционный «запрос» к закону времени придется рано или поздно снять, так же, как и остановить порывы «загона» бедной «клячи-истории». Всему свое время, в том числе и героическим попыткам разорвать сатурновы кольца.

Но вместе с тем, во избежание недоразумений, необходимо установить и подлинный состав того «белого ядра», которое ныне противопоставляется широкими русскими массами красной оболочке.

Бесконечно ошибается тот, что отождествляет его с дореволюционным содержанием государства российского, или хотя бы с общей физиономией минувших военных противобольшевистских движений. Великое разочарование ждет того, кто мечтает воссоздать страну на старых социальных связях.

Если коммунизм есть «запрос к будущему», то «скоропадчина» или «врангелевщина» во всех ее формах и видах есть не более, как отрыжка прошлого. По тому же неумолимому року Сатурна, не место ей в новой России.

Революция выдвинула новые политические элементы и новые «хозяйствующие» пласты. Их не перейдешь. Великий октябрьский сдвиг до дна всколыхнул океан национальной жизни, учинил пересмотр всех ее сил, произвел их учет и отбор. Никакая реакция уже не сможет этот отбор аннулировать. Здоровая, плодотворная реакция вершит революцию духа, но не реставрацию прогнивших и низвергнутых государственных стропил. Дурная же реакция есть всегда не более, как попытка с негодными средствами. Прежний поместный класс отошел в вечность, «рабочие и крестьяне» выдвинулись на государственную авансцену.

«Старая мощь России» может быть восстановлена лишь новыми силами, вышедшими из революции и поныне пребывающими в ней. Это нужно признать раз навсегда. Ориентироваться можно только на эти новые силы, на их активный авангард, разбуженный взрывом и прошедший столь изумительную школу за страдные годы революционной борьбы.

«Революцию надо преодолеть, взяв у нее достижимые цели и сломив ее утопизм, демагогию, бунтарство и анархию непреклонной силой власти» (Новгородцев).

Растленными силами контрреволюции эта задача осуществлена не была. Она осуществится внутренней диалектикой самой революции.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Источник

Кого В.И. Ленин назвал «редиской» и почему?

Применительно к кому Ленин употребил выражение «редиска» и в каком смысле?

Впоследствии сценарист фильма «Джентльмены удачи» В. Токарева позаимствовала у Ленина слово «редиска» в качестве ругательства.

Кроме того, сталин навал как-то редиской Мао Цзедуна.
Вообще же подобное слово / выражение присутствует в . японском языке (транскрипция):

akai — «красный», daikon — «редька» , («дайкон»)­ .

Редиска — это нехороший человек, во всяком случае именно так, определяют значение этого слова в знаменитой комедии «Джентльмены удачи». Но как оказалось, это переносное значение у слова, называющего всем известный первый весенний витаминный овощ, поспевающий на наших огородах, появилось далеко не случайно. Так образно мыслил В.И. Ленин — вождь мирового пролетариата:

Говорят, Ленин назвал «редиской» Троцкого, намекая на его двуличность. Мол, снаружи красный, а внутри белый. А потом уже слово, обозначающее «нехорошего человека», перекочевало в комедию «Джентльмены удачи».

Вообще, Владимир Ильич давал точные определения.

И не только событиям, развитию общества, но и людям.

Читайте также:  При сравнении выделяется запятыми

Вот Льва Давидовича ТРОЦКОГО он назвал редиской.

И обосновал свою точку зрения достаточно убедительно.

По словам вождя большевиков, Троцкий с виду как все члены его партии — красный.

А внутри — белый, то есть по взглядам более близок к противникам.

По-моему Троцкого. Вроде как свиду

красный, а внутри белый.

Поэтому и нехороший человек.

В. И. Ленин употребил название данного корнеплода в отношении Л. Д. Троцкого, которого подозревал в не слишком преданном отношении к делу партии. Как известно, Троцкого награждали и куда менее лестными эпитетами, но Ленин именно с редиской его сравнил, намекнув на «красное» обличье и «белое» нутро.

А после того, как слово «редиска» профигурировало в «Джентльменах удачи» в качестве ругательного, оно тут же ушло «в народ», да так и применяется иногда в этом полушутливом значении.

Владимира Ильича Ленина мы привыкли считать вождем пролетариата.

А ведь так было далеко не всегда.

Авторитет в войсках имел Троцкий, то есть шла своеобразная война авторитетов между ними. Ленин пытался всеми силами оклеветать преданность Троцкого интересам партии, и сравнил того с редиской. Действуя по принципу — Троцкий только сверху красный, а белый внутри.

Существует такое мнение, хотя я думаю, что оно всё-таки основано на реальном событии, так как если посмотреть на это глазами того времени, то скорее всего так и было. Так вот Ленин так говорил о таком политическом деятеле, как Троцкий, якобы он сверху был красным (имеется ввиду советская власть), а внутри белым (имеется ввиду царский режим).

Вдаваясь в подробности жизни знаменитых людей , выясняются некоторые интересные подробности. В знаменитом кинофильме «Джентльмены удачи» , фразу ругательство — редиска позаимствовали из лексики нашего вождя Ленина. Именно так он отзывался о Троцком , намекая на его приверженность красному \ идеям революции \ снаружи и белой внутренностью \ сторонником самодержавия \ .

В гребле, команда «суши весла» означает, поднятие весел из воды и движение судна по инерции. В жизни, такое выражение означает, что выполнена работа, которая привела к нежелательному результату, исправить который нет возможности.

Это обьясняется как очень сильная боль. И когда люди приходят к такому прилагательному как Адская то будто сравнивая с адом , а ад уже подразумивает мучения и страдания !

Это выражение карточных гадалок.

Есть даже карточный расклад «Марьяжный интерес»

Слово «марьяж» в картах означает наличие у игрока короля и дамы одной масти.

В гадании это означает свадьбу.

А в жизни так называют серьёзное отношение к кому-либо, готовность вступить в брак.

Чьи это слова, я не помню, но они отпечатались в моей памяти, возможно, не точно:

Человека определяют два фактора: люди, которыми ты окружаешь себя, и книги, которые читаешь. А это правда. Я знаю девушку, которая читает одну и ту же книгу уже лет пять — «Секс в большом городе» и смотрит без конца этот сериал. Все мысли её заняты одним: подцепить олигарха. Не встретить, не полюбить, а подцепить! Пока она не подцепила, читает книгу. Не знаю, насколько она ощущает себя одинокой. Но вот эта недалёкая книга заменила ей нечто. Я думаю, что она так и будет её читать, и не будет чувствовать себя одинокой, т.к. героини — её друзья, если в конце-концов не выскочит за вожделенного.

Выходит, что и с плохой книгой человек тоже может быть не одиноким. Книга, особенно хорошая, это ключ к пониманию реальности жизни. Без книг наша жизнь была бы тусклой, ненаполненной, герои хороших книг — хорошая компания. Я плохо представляю свою жизнь без русской, английской, японской, французск5ой литератур.

«Человек с хорошей книгой в руках не может быть одиноким?» Эта фраза принадлежит

Карло Гольдони — известный итальянский драматург. Наверно, все завзятые театралы знают и любят его прои: «Самодуры» «Слуга двух господ», «Кофейная»,»Семья антиквария», «Трактирщица». В Венеции, где он жил до отъезда в Париж есть его статуя, прямо перед домом. Там всегда есть туристы.

Данная пословица, по моим представлениям, трактуется двояко:

1

Начни с малого, получишь в итоге и большее. Это в самом-самом общем смысле. Понятно, что от сорок и ворон охотникам маловато прибытка, а от лебедя будет побольше.

2

Но надо учесть, что на лебедей сейчас охотиться-то запрещено. Да и не только сейчас, а уже давным-давно. В России — более 50 лет, как запрещено. Большинство же в Красных книгах. Поэтому, актуализируя это выражение, можно преобразовать его в такое, приблизительно:

«Прекрати бить всех без исключения, не то до большого греха дойдёшь».

Думаю, что нельзя сказать так, что в пословице содержится актуальный призыв побивать сорок-ворон с целью добраться-таки до лебедей.

Источник

Редиска Троцкого: кто такие красные комиссары

Шел второй год войны. Красная армия упорно билась за каждую пядь родной земли. Катастрофическое отступление закончилось, наши войска перешли к активной обороне и все активнее наносили удары по врагу. Причем не только на военном, но и на организационном фронте.

9 октября 1942 г. в Рабоче-крестьянской Красной Армии произошло чрезвычайно важное событие, ныне почти забытое. А ведь именно благодаря ему советские вооруженные силы перестали напоминать воспетый большевиками «вооруженный народ» и стали похожи на современную армию. В этот день РККА было введено полное единоначалие, и как следствие, упразднено комиссарство.

Читайте также:  Сравнение таймов фонбет что это такое

Мы смело в бой пойдем…

Просуществовавший без малого четверть века, этот весьма своеобразный институт возник не на пустом месте. Как резонно утверждал Владимир Ленин, «Всякая революция лишь тогда чего-нибудь стоит, когда она умеет обороняться!». После многолетнего разложения императорской армии и травли офицерства во времена безмозглого Временного правительства стоимость революции по формуле, предложенной Владимиром Ильичом, была катастрофически низкой. Солдаты не желали воевать ни за что, кроме собственной земли, да и то, по большей части, только на этой самой земле. Офицеры, воспитанные на том, что армия существует для борьбы с внешним врагом, участвовать в гражданской войне желали еще менее, чем солдаты.

Белое движение, которое зачастую считают оплотом отжившего мира, собрало под свои знамена крайне незначительную часть российского офицерства. Однако это были профессионалы, и они прекрасно умели воевать. У красных же таких профессионалов было раз два и обчелся, при этом большая часть офицеров, искренне принявших революцию, состояла в младших чинах. Это давало им определенные военные познания и навыки, однако больше, чем на командование заводским отрядом красногвардейцев, их опыта и умения категорически не хватало.

В 1918г. наркомвоенмор Лев Троцкий, осознав глубину пропасти, зиявшей перед молодой республикой, объявил мобилизацию бывших царских офицеров. Крайне рискованный шаг – любить советскую власть офицерам было явно не за что. Но сам Троцкий ставил перед собой четкую цель. По его словам, «новая армия должна напоминать редиску – снаружи красная, а внутри – белая». То есть на прежний костяк российской военной машины предполагалось нарастить принципиально новую оболочку.

Чтобы заставить офицерство верой и правдой служить новой власти, а солдат – не разбегаться при виде противника и не уходить с оружием по домам, 8 апреля 1918 года в Красной Армии появилась прежде не виданная организация – Всероссийское бюро военных комиссаров.

Полномочия комиссара были чрезвычайно широки. Он надзирал за военспецами, имея право при малейшем подозрении в саботаже или измене отстранить командира от руководства и арестовать его. Он должен был принимать деятельное участие в разработке и принятии всех планов боевых действий, а если необходимо, то лично возглавить оставшуюся без командира воинскую часть. Благодаря инициативам Троцкого на стороне красных оказалось больше генералов и офицеров, в том числе и уровня Генерального штаба, чем на стороне белых. Учитывая, что многие из них занимали высшие командные должности РККА и одновременно были тесно связаны родственными и дружескими узами с руководством Белого движения, работы у красных комиссаров было непочатый край. К концу Гражданской войны в стране имелось порядка трех тысяч вполне боевых обстрелянных комиссаров.

Контра засела в штабах!

После целенаправленного отстранения Троцкого от всех постов бóльшая часть старого офицерства покинула армию. С 1924 до 1935 года из армии по разным причинам было уволено 47 тысяч бывших офицеров и генералов, из них 3 тысячи попали под «чистки». Но за это время выросла новая плеяда красных командиров, получивших образование под руководством все тех же старых военспецов. Прежний бдительный надзор партии оказался неактуальным. Эти люди и без подвешенного над головой карающего меча революции были своими.

В 1935 году в СССР был сделан большой шаг к созданию регулярной армии — восстановлена система воинских званий. Представители бдительного ока партии теперь получили новые звания и новые должностные обязанности. Вместо прежнего всеобъемлющего «комиссара» появились политические руководители, политруки (младший политрук, политрук и старший политрук, соответствовавшие лейтенанту, старшему лейтенанту и капитану). Сохранились и комиссары, но уже как часть наименования старших политработников от майора и выше, (соответственно батальонный комиссар, полковой и т.д.). Однако эти комиссары уже были лишь помощниками командиров по политической части.

Политрук Аркадий Ендальцев

Родина–мать зовет!

В первые полгода Великой Отечественной войны ВКП(б) направила в действующую армию более 100 тысяч политбойцов, основной задачей которых была «мобилизация личного состава армии и флота на решительную и самоотверженную борьбу против немецко-фашистских захватчиков». Однако нахождение на фронте десятков тысяч солдат и офицеров, не имеющих иной воинской специальности, кроме проведения в жизнь линии партии, было чрезвычайно обременительно для армии и крайне опасно для них самих. Исходя из этого, 9 октября 1942 года Президиум Верховного Совета СССР и издал указ «Об установлении полного единоначалия и упразднении института военных комиссаров в Красной Армии». Отныне солдаты партии становились заместителями по политической части, замполитами, задачей которых была не только политическая работа с личным составом воинских частей, но и демонстрация личного примера в самых опасных ситуациях.

Чтобы замполиты действительно были полезны командиру на поле боя, для них были организованы краткосрочные командные курсы, куда направили более ста тысяч вчерашних политруков и комиссаров. При кузнице советских командных кадров – курсах «Выстрел» – была организована подготовка членов военных советов и начальников политотделов армий. Около 40 тысяч, почти треть всех имевшихся политработников, сразу были назначены на командные должности. Ну а красное комиссарство, надстройка над командным составом армии, приказала долго жить. Комиссары уступили место политическим офицерам новой формации, которая почти без изменений дожила до падения Советского Союза. И это политическое воинство не смогло – да и не пыталось – спасти державу от краха.

Источник