Меню

Сравните картины глуповского бытия с утопическими мотивами



Развитие русской утопической идеи в произведениях М.М.Щербатова, А.Д.Улыбышева и Н.Г.Чернышевского
статья по литературе на тему

Статья раскрывает особенности и признаки утопии как литературного жанра в России (на основе произведений Щербатова, Улыбышева, Чернышевского)

Скачать:

Вложение Размер
razvitie_russkoy_utopicheskoy_idei_v_proizvedeniyah.doc 53 КБ

Предварительный просмотр:

Развитие русской утопической идеи в произведениях М.М.Щербатова, А.Д.Улыбышева и Н.Г.Чернышевского

Утопия как литературный жанр является объектом исследования литературоведов, философов, ученых, социологов и политологов. Исследования утопического сознания занимают прочное место в отечественной социальной философии: утопическое сознание изучали Т.В.Артемьева, А.С. Ахиезер, М.А.Барг, Э.Я.Баталов, Д.В.Бугров, А.И.Володин, Р.А.Гальцева, В.А.Гуторов, П.Е.Застенкер, Г.С.Кучеренко, М.И.Новинская, Г.А.Павлова, Е.М.Прошина, Б.С.Солодкий, А.С.Ципко, К.В.Чистов, В.П.Шестаков, А.Э.Штекли и другие. Утопические произведения составляют внушительный ряд явлений всемирной литературы, и вплоть до XX века роман-утопия широко представлен в русской литературе.

В количественном отношении русская литературная утопия уступает западноевропейской. В Европе жанр утопии был более древним, чем в России, но именно в России классическая утопия, вобравшая в себя чаяния народа и его мечту, стала едва ли не самым популярным литературным жанром.

В России литературная утопия появляется лишь в XVIII веке и наследует многие традиции утопии европейской. В истории русской литературы существует довольно давняя традиция утопической мысли, связанная с такими именами, как А.П.Сумароков, А.Н.Радищев, В.Ф.Одоевский, Н.Г.Чернышевский, Ф.М.Достоевский, М.Е.Салтыков-Щедрин, Н.Ф.Федоров В.Я.Брюсов, А.Д.Улыбышев, М.М.Щербатов. Но для исследования и анализа мы остановимся на утопических произведениях А.Д.Улыбышева, М.М.Щербатова и Н.Г.Чернышевского, ибо считаем их лучшими образцами романа-утопии.

Русские писатели-утописты, как и их западные предшественники, отправляют своих героев в далекие неведомые страны. Такой благословенный край рисует русский историк и публицист М. М. Щербатов в своей книге «Путешествие в землю Офирскую» (1783 – 1784). Для большинства исследователей будущего М.М.Щербатов – ярый приверженец допетровских времен с их простотой обычаев и отсутствием роскоши и богатства. Исследователи отмечают, что «М.Щербатов, отворачиваясь от распутного двора сего времени, смотрит в ту дверь, в которую взошел Петр I, и за нею видит чинную, чванную Русь московскую, – скучный и полудикий быт наших предков кажется недовольному старику каким-то утраченным идеалом» [Анисимов Е.В. Петр I // Вопросы истории. 1994. № 8. С.74]. Однако некоторые исследователи, например А.Ф.Замалеев, считают, что «князь в своем произведении, отвергая петровские преобразования, отнюдь не идеализировал «старину», его утопия несла в себе все черты феодально-полицейского государства, предвосхищая в этом отношении мрачные реалии «казарменного» социализма» [Замалеев А.Ф. Курс истории русской философии. М., 1995.С. 64, 68].

Рассказывая о социальном и политическом устройстве вымышленной страны с библейским названием, писатель обращается к русской действительности и пытается нарисовать идеальный образ общественного правления. Таким идеалом представляется М.М.Щербатову просвещенная монархия. В земле Офирской «власть государственная соображается с пользой народной», а «законы созданы общим народным согласием», хотя социальное неравенство сохраняется, ибо, по мысли М.М.Щербатова, природа мудро распределила одним «быть правителями и начальниками», другим – добрыми исполнителями и, наконец, третьим – «слепыми действующими лицами» [ Щербатов М.М. Путешествие в землю Офирскую Г-на С. швецкаго дворянина: [Фрагменты романа] // Взгляд сквозь столетия: Рус. фантастика XVIII и первой половины XIX века / Сост. и авт. коммент. В. Гуминский; предисл. А. Казанцева. М.: Мол. гвардия, 1977. С.22-68]. Поэтому общественная власть здесь принадлежит дворянам, которые строго следят за соблюдением государственных законов. Строгая даже в частностях регламентация общества способствует, по мнению автора, устойчивости государства и обеспечивает счастье всем гражданам. Для усмирения тех, кого такое счастье не устраивает, предусматривается существование административно-карательных органов: армии, суда, тюрем.

«Земля Офирская» — это идеальное государство с монархической формой правления. Монархия наследственная и ограниченная (монарх обязан соблюдать законы и учитывать мнения дворян) [Щербатов М.М. Путешествие в землю Офирскую. // Щербатов М.М. Соч. СПб., 1896. Т. I. С.980]. Размышляя о будущем России, М.М.Щербатов рисует его в патриархальных тонах. Свой идеал он, как и его последователи, славянофилы, связывал с допетровской Русью, в которой видел простоту обычаев, отсутствие роскоши и богатства, неиспорченность нравов.

Если М.М.Щербатов в поисках золотого века обращает свои взоры в прошлое, то утопические картины земного блаженства, созданные А.Н.Радищевым и писателями-декабристами, переносят читателя в далекое будущее, где социальный прогресс и гуманизм по отношению к отдельной личности достигли воображаемого совершенства. И если находить счастливые страны на неведомых островах утопистам помогали путешествия, то для перемещения во времени они нередко придавали своим сочинениям форму сна.

Такая форма чрезвычайно характерна для русских утопий XVIII-XIX веков, среди которых – «Счастливое общество» А.В.Сумарокова, сон в главе «Спасская Полесть» в книге А.Н.Радищева «Путешествие из Петербурга в Москву», «Сон» А.Д.Улыбышева, четвертый сон Веры Павловны в романе Н.Г.Чернышевского «Что делать?». Форма сна позволяет авторам создать картину не только идеального места, но и идеального времени. Такой вариант утопии в литературоведении иногда называют ухронией (от греческого слова «chronos» – время, то есть время, которого нет).

Характерно в этом плане сочинение писателя и музыкального критика, близкого к декабристским кругам А.Д.Улыбышева «Сон», написанное в 1819 году. Герой рассказа, засыпая, видит Петербург далекого будущего, где воздвигнуты новые прекрасные общественные здания, казармы превращены в школы, академии и библиотеки, Михайловский замок стал Дворцом общественного собрания, в Аничковом дворце разместился «Русский пантеон», где выставлены статуи видных русских героев и общественных деятелей.

Прекрасный мир, снящийся герою, возник после общественного переворота, в результате которого пришел конец самодержавию и крепостничеству. Новое общество у А.Д.Улыбышева – это общество свободных людей, равных перед законом. На одном из общественных зданий герой видит надпись: «Святилище правосудия, открытое для каждого гражданина, где во всякий час он может требовать защиты закона» [Улыбышев А.Д. Сон ⁄⁄ Русская литературная утопия. – М., 1986. – С. 87-91].

Литературная утопия второй половины XIX века тесно связана с распространившимися в этот период в Западной Европе и России социалистическими учениями. Идеи утопического социализма нашли яркое воплощение в романе Н.Г.Чернышевского «Что делать?».

Среди основных тезисов произведения можно выделить перестройку общества для воплощения социализма, перемены среди интеллигенции, появление «новых людей», которые активно будут работать с молодежью, и пропагандировать революционные идеи, как Дмитрий Лопухов. Главным негативным качеством, противостоящим достижению поставленных целей у Н.Г.Чернышевского, выступает эгоизм. Олицетворением его можно считать мать Веры Павловны – Марью Алексеевну, особу богатую и себялюбивую, подтолкнувшую дочь к необдуманному браку. «Новые» же люди противопоставляются старым эгоистам, для них личное счастье должно быть неотделимо от общественного. Н.Г.Чернышевский отрицает божественное происхождение человека и его чувств, поэтому, само собой разумеется, что взаимопомощь и взаимовыручка вытекают из материальных, природных особенностей психологии человека. «Разумный эгоизм» героев романа – новая тактика поведения, сочетающая личные интересы с общественной справедливостью и равенством.

Внешне напоминающий мир «Утопии», социальный проект вождя русской революционной демократии, данный в знаменитом четвертом сне Веры Павловны, зиждется на идее абсолютной гармонии: свободный труд с максимальным использованием техники гармонически сочетается с отдыхом, физическое здоровье людей с их нравственным совершенством, гармоничны отношения человека с природой, в отношениях между людьми торжествует равноправие.

Но Н.Г.Чернышевский, в отличие от Т.Мора, не просто создает картины идеального будущего, противопоставляя его несовершенному настоящему. Он включает утопию в роман о современности, наделяя своих героев, живущих в 60-е годы XIX столетия, чертами людей завтрашнего дня. Н.Г.Чернышевский убежден, что человечество не сможет прийти к высшей гармонии эволюционным путем, поэтому в своем подцензурном романе он хотя и иносказательно, но настойчиво проводит идею революции как единственного пути к реализации утопии.

Наиболее ярко представлены идеи о государстве будущего в «четвертом сне Веры Павловны». Это государство – ряд колоний и городов, живущих независимо, однако тесно сотрудничая друг с другом. Постоянная миграция населения должна создавать приток трудовой силы в районы, где созревает сельскохозяйственная продукция. Все взрослое население, живущие в колониях будущего из алюминия и стекла, должно с раннего утра работать, при этом помощниками станут механизмы. Рабочий день будет коротким, а быт будут поддерживать дети и старики. Трапезы и досуг станут совместными. Но тот, кто захочет чего-то большего, должен произвести «расчет» с общиной. В этой большой общине, очевидно, не будет верховной власти – все будет решаться волею большинства. Труд и равенство – главные основы этого государства, состоящего из колоний и городов.

На пути к созданию этого идеального утопического строя происходит смена «старого порядка» то есть существующего неравенства и социальной несправедливости, которую могут произвести «новые люди». Последние должны противостоять обывателю, которого вполне устраивает существующий порядок вещей.

Труд должен быть коллективным, как и потребление плодов этого труда. Частная собственность, как таковая не отрицается открыто, но становится понятно, что частными могут быть лишь личные вещи каждого, а средства производства, как и результаты деятельности – общественными.

Новое государство – это демократическое, социалистическое общество, в котором нет места «фантастической грязи», тяжелому и неэффективному труду рабочих. В утопическом обществе «новые» люди растворятся в массе себе подобных, и их характер станет «общею натурою всех людей». Переход к такому государству не возможен без социальной революции. На это в частности указывают аллегорические образы романы и персонажи наподобие революционера Рахметова.

Таким образом, в ходе данного исследования нами были рассмотрены и проанализированы романы М.М.Щербатова «Путешествие в землю Офирскую», А.Д.Улыбышева «Сон» и Н.Г.Чернышевского «Что делать?». Мы выявили, что утопическая идея развивалась от выдвижения мечты об идеальном обществе к отрицанию достижимости и даже к отрицанию желательности достижения такого общества. Утопия предлагает идеальный вариант государства, где его роль умалена до чистого символизма.

Список использованной литературы и источников

  1. Анисимов Е.В. Петр I // Вопросы истории. 1994. № 8. с.74
  2. Гудермане Н. «Развитие утопической идеи».– Югла, 2000.- 72 с.
  3. Замалеев А.Ф. Курс истории русской философии. М., 1995.- 100 с.
  4. Улыбышев А.Д. Сон ⁄⁄ Русская литературная утопия. – М., 1986. — С. 87-91
  5. Чернышевский Н.Г. Что делать? – М.: Стрекоза, 2004. – 124 с.
  6. Щербатов М.М. Путешествие в землю Офирскую. // Щербатов М.М. Соч. СПб., 1896. Т. I. 980 с.

Источник

Что делать?» Н.Г. Чернышевского как роман-утопия

Перед нами политический и социально-утопический роман, проникнутый духом полемики. Общие очертания сюжета романа просты: дочь мелкого петербургского чиновника освобождается от тяжких уз домашнего плена и обретает счастье.

Сны Веры Павловны — указание на идеальное общество, к которому автор стремится. Чернышевский прибегает к фантастическим приемам: Вере Павловне во сне являются сестры-красавицы, старшая из них Революция — условие обновления. В этой главе приходится поставить много точек, объясняющих добровольный пропуск текста, который все равно цензура не пропустит и в котором бы обнажилась главная идея романа. Наряду с этим есть образ младшей сестры-красавицы — невесты, означающей любовь-равноправность, которая оказывается богиней не только любви, но и наслаждения трудом, искусством, отдыхом: «Где-то на юге России, в пустынном месте, раскинулись богатые поля, луга, сады; стоит огромный дворец из алюминия и хрусталя, с зеркалами, коврами, с чудесной мебелью. Повсюду видно, как люди трудятся, поют песни, отдыхают». Между людьми идеальные человеческие отношения, везде следы счастья и довольства, о которых прежде и мечтать было нельзя. Вера Павловна в восторге от всего, что видит.

Конечно, в этой картине много утопических элементов, социалистической мечты в духе Фурье и Оуэна. Недаром в романе на них неоднократно намекают, не называя прямо. В романе показан только сельский труд и говорится о народе «вообще», очень обобщенно. Но эта утопия в главной своей мысли очень реалистична: Чернышевский подчеркивает, что труд должен быть коллективным, свободным, присвоение плодов его не может быть частным, все результаты труда должны идти на удовлетворение запросов членов коллектива. Этот новый труд должен опираться на высокие научно-технические достижения, на ученые и сильные машины, позволяющие человеку преобразить землю и всю свою жизнь. Роль рабочего класса не выделена. Чернышевский знал, что переход от патриархальной крестьянской общины к социализму должен быть революционным. А пока было важно закрепить в сознании читателя мечту о лучшем будущем. Это сам Чернышевский говорит устами «старшей сестры», обращающейся к Вере Павловне со словами: «Ты знаешь будущее? Оно светло и прекрасно. Любите его, стремитесь к нему, работайте для него, приближайте его, переносите из него в настоящее сколько можете перенести».

В четвертом сне Веры Павловны автор рисует утопическую картину светлого будущего. Величественные контуры социалистического мироустройства, все технические вопросы которого решают машины, трогательны и умиляют читателя и сегодня. Автор уверяет нас, что наступит время и труд станет легким и радостным, пустыни превратятся в плодородные земли, скалы покроются садами, а все люди станут «счастливыми красавцами и красавицами, ведущими вольную жизнь труда и наслаждения». Таков вариант утопии, которую видит в своем сне Вера Павловна.

Источник

Сравните картины глуповского бытия с утопическими мотивами

Русский утопический социализм проистекал из французского утопического социализма, представителями которого были Шарль Фурье и Клод Анри де Сен-Симон. Их цель состояла в том, чтобы создать благополучие всем людям, причем реформу провести так, чтобы кровь не была пролита. Они отказывались от идеи равенства и братства и считали, что общество должно строиться по принципу взаимной благодарности, утверждая необходимость иерархии. Но кто же будет разделять людей на более и менее одаренных? Почему благодарность — это самое лучшее? Потому что тот, кто внизу, должен быть благодарен другим за то, что он внизу. Решалась проблема полноценной личной жизни. Буржуазный брак (заключенный в церкви) они считали узаконенной торговлей женщиной, так как женщина не может себя обеспечить благополучием и продается; в идеальном же обществе она будет свободна. Итак, во главе всего должен стоять принцип взаимной благодарности.

Чернышевский в своем романе “Что делать?” особый упор делает на разумный эгоизм (расчет выгод). Если благодарность вне людей, то разумный эгоизм лежит в самом “я” человека. Каждый человек втайне или открыто считает себя центром вселенной. Почему же тогда эгоизм разумный? А потому, что в романе “Что делать?” впервые рассматривается “новый подход к проблеме”, “новые люди” Чернышевского создают “новую” атмосферу, по Чернышевскому, “новые люди” видят свою “выгоду” в стремлении приносить пользу другим, их мораль — отрицать и разрушать официальную мораль. Их мораль освобождает творческие возможности человеческой личности. “Новые люди” менее болезненно разрешают конфликт семейного, любовного характера. В теории разумного эгоизма есть бесспорная привлекательность и рациональное зерно. “Новые люди” считают труд абсолютно необходимым условием человеческой жизни, они не грешат и не каются, их ум находится в самой полной гармонии с чувством, потому что ни ум, ни чувства их не искажены хронической враждой против остальных людей.

Можно проследить ход внутреннего развития Веры Павловны: сначала дома она обретает внутреннюю свободу, затем появляется необходимость общественного служения, а потом полнота личной жизни, необходимость трудиться независимо от личной воли и общественного произвола.

Н. Г. Чернышевский создает не индивидуум, а тип. Для человека “не нового” все “новые” люди на одно лицо, возникает проблема особенного человека. Такой человек — Рахметов, который отличается от других, в особенности тем, что он — революционер, единственный индивидуализированный персонаж. Читателю выдаются его черты в виде вопросов: почему он поступил так? Зачем? Эти вопросы и создают индивидуальный тип. Он — “новый” человек в его становлении. Все новые люди — как с Луны свалились, и единственный, кто связан с этой эпохой, — Рахметов. Отречение от себя из “расчета выгод”! Здесь Чернышевский выступает не как утопист. И в то же время существуют сны Веры Павловны как указание на идеальное общество, к которому автор стремится. Чернышевский прибегает к фантастическим приемам: Вере Павловне во сне являются сестры-красавицы, старшая из них Революция — условие обновления. В этой главе приходится поставить много точек, объясняющих добровольный пропуск текста, который все равно цензура не пропустит и в котором бы обнажилась главная идея романа. Наряду с этим есть образ младшей сестры-красавицы — невесты, означающей любовь-равноправность, которая оказывается богиней не только любви, но и наслаждения трудом, искусством, отдыхом: “Где-то на юге России, в пустынном месте, раскинулись богатые поля, луга, сады; стоит огромный дворец из алюминия и хрусталя, с зеркалами, коврами, с чудесной мебелью. Повсюду видно, как люди трудятся, поют песни, отдыхают”. Между людьми идеальные человеческие отношения, везде следы счастья и довольства, о которых прежде и мечтать было нельзя. Вера Павловна в восторге от всего, что видит. Конечно, в этой картине много утопических элементов, социалистической мечты в духе Фурье и Оуэна. Недаром в романе на них неоднократно намекают, не называя прямо. В романе показан только сельский труд и говорится о народе “вообще”, очень обобщенно. Но эта утопия в главной своей мысли очень реалистична: Чернышевский подчеркивает, что труд должен быть коллективным, свободным, присвоение плодов его не может быть частным, все результаты труда должны идти на удовлетворение запросов членов коллектива. Этот новый труд должен опираться на высокие научно-технические достижения, на ученые и сильные машины, позволяющие человеку преобразить землю и всю свою жизнь. Роль рабочего класса не выделена. Чернышевский знал, что переход от патриархальной крестьянской общины к социализму должен быть революционным. А пока было важно закрепить в сознании читателя мечту о лучшем будущем. Это сам Чернышевский говорит устами “старшей сестры”, обращающейся к Вере Павловне со словами: “Ты знаешь будущее? Оно светло и прекрасно. Любите его, стремитесь к нему, работайте для него, приближайте его, переносите из него в настоящее сколько можете перенести”.

Источник

Почему роман чернышевского что делать утопия. Черты утопии в романе николая чернышевского что делать

Черты утопии в романе Н. Г. Чернышевского «Что делать?»

Русский утопический социализм проистекал из французского утопического социализма, представителями которого были Шарль Фурье и Клод Анри де Сен-Симон. Их цель состояла в том, чтобы создать благополучие всем людям, причем реформу провести так, чтобы кровь не была пролита. Они отказывались от идеи равенства и братства и считали, что общество должно строиться по принципу взаимной благодарности, утверждая необходимость иерархии. Но кто же будет разделять людей на более и менее одаренных? Почему благодарность — это самое лучшее? Потому что тот, кто внизу, должен быть благодарен другим за то, что он внизу. Решалась проблема полноценной личной жизни. Буржуазный брак (заключенный в церкви) они считали узаконенной торговлей женщиной, так как женщина не может себя обеспечить благополучием и продается; в идеальном же обществе она будет свободна. Итак, во главе всего должен стоять принцип взаимной благодарности. Чернышевский в своем романе “Что делать?” особый упор делает на разумный эгоизм (расчет выгод). Если благодарность вне людей, то разумный эгоизм лежит в самом “я” человека. Каждый человек втайне или открыто считает себя центром вселенной. Почему же тогда эгоизм разумный? А потому, что в романе “Что делать?” впервые рассматривается “новый подход к проблеме”, “новые люди” Чернышевского создают “новую” атмосферу, по Чернышевскому, “новые люди” видят свою “выгоду” в стремлении приносить пользу другим, их мораль — отрицать и разрушать официальную мораль. Их мораль освобождает творческие возможности человеческой личности. “Новые люди” менее болезненно разрешают конфликт семейного, любовного характера. В теории разумного эгоизма есть бесспорная привлекательность и рациональное зерно. “Новые люди” считают труд абсолютно необходимым условием человеческой жизни, они не грешат и не каются, их ум находится в самой полной гармонии с чувством, потому что ни ум, ни чувства их не искажены хронической враждой против остальных людей. Можно проследить ход внутреннего развития Веры Павловны: сначала дома она обретает внутреннюю свободу, затем появляется необходимость общественного служения, а потом полнота личной жизни, необходимость трудиться независимо от личной воли и общественного произвола. Н. Г. Чернышевский создает не индивидуум, а тип. Для человека “не нового” все “новые” люди на одно лицо, возникает проблема особенного человека. Такой человек — Рахметов, который отличается от других, в особенности тем, что он — революционер, единственный индивидуализированный персонаж. Читателю выдаются его черты в виде вопросов: почему он поступил так? Зачем? Эти вопросы и создают индивидуальный тип. Он — “новый” человек в его становлении. Все новые люди — как с Луны свалились, и единственный, кто связан с этой эпохой, — Рахметов. Отречение от себя из “расчета выгод”! Здесь Чернышевский выступает не как утопист. И в то же время существуют сны Веры Павловны как указание на идеальное общество, к которому автор стремится. Чернышевский прибегает к фантастическим приемам: Вере Павловне во сне являются сестры-красавицы, старшая из них Революция — условие обновления. В этой главе приходится поставить много точек, объясняющих добровольный пропуск текста, который все равно цензура не пропустит и в котором бы обнажилась главная идея романа. Наряду с этим есть образ младшей сестры-красавицы — невесты, означающей любовь-равноправность, которая оказывается богиней не только любви, но и наслаждения трудом, искусством, отдыхом: “Где-то на юге России, в пустынном месте, раскинулись богатые поля, луга, сады; стоит огромный дворец из алюминия и хрусталя, с зеркалами, коврами, с чудесной мебелью. Повсюду видно, как люди трудятся, поют песни, отдыхают”. Между людьми идеальные человеческие отношения, везде следы счастья и довольства, о которых прежде и мечтать было нельзя. Вера Павловна в восторге от всего, что видит. Конечно, в этой картине много утопических элементов, социалистической мечты в духе Фурье и Оуэна. Недаром в романе на них неоднократно намекают, не называя прямо. В романе показан только сельский труд и говорится о народе “вообще”, очень обобщенно. Но эта утопия в главной своей мысли очень реалистична: Чернышевский подчеркивает, что труд должен быть коллективным, свободным, присвоение плодов его не может быть частным, все результаты труда должны идти на удовлетворение запросов членов коллектива. Этот новый труд должен опираться на высокие научно-технические достижения, на ученые и сильные машины, позволяющие человеку преобразить землю и всю свою жизнь. Роль рабочего класса не выделена. Чернышевский знал, что переход от патриархальной крестьянской общины к социализму должен быть революционным. А пока было важно закрепить в сознании читателя мечту о лучшем будущем. Это сам Чернышевский говорит устами “старшей сестры”, обращающейся к Вере Павловне со словами: “Ты знаешь будущее? Оно светло и прекрасно. Любите его, стремитесь к нему, работайте для него, приближайте его, переносите из него в настоящее сколько можете перенести”.

Утопические идеи в романе что делать кратко. Что делать?» Н.Г

Перед нами политический и социально-утопический роман, проникнутый духом полемики. Общие очертания сюжета романа просты: дочь мелкого петербургского чиновника освобождается от тяжких уз домашнего плена и обретает счастье.

Сны Веры Павловны — указание на идеальное общество, к которому автор стремится. Чернышевский прибегает к фантастическим приемам: Вере Павловне во сне являются сестры-красавицы, старшая из них Революция — условие обновления. В этой главе приходится поставить много точек, объясняющих добровольный пропуск текста, который все равно цензура не пропустит и в котором бы обнажилась главная идея романа. Наряду с этим есть образ младшей сестры-красавицы — невесты, означающей любовь-равноправность, которая оказывается богиней не только любви, но и наслаждения трудом, искусством, отдыхом: «Где-то на юге России, в пустынном месте, раскинулись богатые поля, луга, сады; стоит огромный дворец из алюминия и хрусталя, с зеркалами, коврами, с чудесной мебелью. Повсюду видно, как люди трудятся, поют песни, отдыхают». Между людьми идеальные человеческие отношения, везде следы счастья и довольства, о которых прежде и мечтать было нельзя. Вера Павловна в восторге от всего, что видит.

Конечно, в этой картине много утопических элементов, социалистической мечты в духе Фурье и Оуэна. Недаром в романе на них неоднократно намекают, не называя прямо. В романе показан только сельский труд и говорится о народе «вообще», очень обобщенно. Но эта утопия в главной своей мысли очень реалистична: Чернышевский подчеркивает, что труд должен быть коллективным, свободным, присвоение плодов его не может быть частным, все результаты труда должны идти на удовлетворение запросов членов коллектива. Этот новый труд должен опираться на высокие научно-технические достижения, на ученые и сильные машины, позволяющие человеку преобразить землю и всю свою жизнь. Роль рабочего класса не выделена. Чернышевский знал, что переход от патриархальной крестьянской общины к социализму должен быть революционным. А пока было важно закрепить в сознании читателя мечту о лучшем будущем. Это сам Чернышевский говорит устами «старшей сестры», обращающейся к Вере Павловне со словами: «Ты знаешь будущее? Оно светло и прекрасно. Любите его, стремитесь к нему, работайте для него, приближайте его, переносите из него в настоящее сколько можете перенести».

В четвертом сне Веры Павловны автор рисует утопическую картину светлого будущего. Величественные контуры социалистического мироустройства, все технические вопросы которого решают машины, трогательны и умиляют читателя и сегодня. Автор уверяет нас, что наступит время и труд станет легким и радостным, пустыни превратятся в плодородные земли, скалы покроются садами, а все люди станут «счастливыми красавцами и красавицами, ведущими вольную жизнь труда и наслаждения». Таков вариант утопии, которую видит в своем сне Вера Павловна.

Русский утопический социализм проистекал из французского утопического социализма, представителями которого были Шарль Фурье и Клод Анри де Сен-Симон. Их цель состояла в том, чтобы создать благополучие всем людям, причем реформу провести так, чтобы кровь не была пролита. Они отказывались от идеи равенства и братства и считали, что общество должно строиться по принципу взаимной благодарности, утверждая необходимость иерархии. Но кто же будет разделять людей на более и менее одаренных? Почему благодарность — это самое лучшее? Потому что тот, кто внизу, должен быть благодарен другим за то, что он внизу. Решалась проблема полноценной личной жизни. Буржуазный брак (заключенный в церкви) они считали узаконенной торговлей женщиной, так как женщина не может себя обеспечить благополучием и продается; в идеальном же обществе она будет свободна. Итак, во главе всего должен стоять принцип взаимной благодарности. Чернышевский в своем романе “Что делать?” особый упор делает на разумный эгоизм (расчет выгод). Если благодарность вне людей, то разумный эгоизм лежит в самом “я” человека. Каждый человек втайне или открыто считает себя центром вселенной. Почему же тогда эгоизм разумный? А потому, что в романе “Что делать?” впервые рассматривается “новый подход к проблеме”, “новые люди” Чернышевского создают “новую” атмосферу, по Чернышевскому, “новые люди” видят свою “выгоду” в стремлении приносить пользу другим, их мораль — отрицать и разрушать официальную мораль. Их мораль освобождает творческие возможности человеческой личности. “Новые люди” менее болезненно разрешают конфликт семейного, любовного характера. В теории разумного эгоизма есть бесспорная привлекательность и рациональное зерно. “Новые люди” считают труд абсолютно необходимым условием человеческой жизни, они не грешат и не каются, их ум находится в самой полной гармонии с чувством, потому что ни ум, ни чувства их не искажены хронической враждой против остальных людей. Можно проследить ход внутреннего развития Веры Павловны: сначала дома она обретает внутреннюю свободу, затем появляется необходимость общественного служения, а потом полнота личной жизни, необходимость трудиться независимо от личной воли и общественного произвола. Н. Г. Чернышевский создает не индивидуум, а тип. Для человека “не нового” все “новые” люди на одно лицо, возникает проблема особенного человека. Такой человек — Рахметов, который отличается от других, в особенности тем, что он — революционер, единственный индивидуализированный персонаж. Читателю выдаются его черты в виде вопросов: почему он поступил так? Зачем? Эти вопросы и создают индивидуальный тип. Он — “новый” человек в его становлении. Все новые люди — как с Луны свалились, и единственный, кто связан с этой эпохой, — Рахметов. Отречение от себя из “расчета выгод”! Здесь Чернышевский выступает не как утопист. И в то же время существуют сны Веры Павловны как указание на идеальное общество, к которому автор стремится. Чернышевский прибегает к фантастическим приемам: Вере Павловне во сне являются сестры-красавицы, старшая из них Революция — условие обновления. В этой главе приходится поставить много точек, объясняющих добровольный пропуск текста, который все равно цензура не пропустит и в котором бы обнажилась главная идея романа. Наряду с этим есть образ младшей сестры-красавицы — невесты, означающей любовь-равноправность, которая оказывается богиней не только любви, но и наслаждения трудом, искусством, отдыхом: “Где-то на юге России, в пустынном месте, раскинулись богатые поля, луга, сады; стоит огромный дворец из алюминия и хрусталя, с зеркалами, коврами, с чудесной мебелью. Повсюду видно, как люди трудятся, поют песни, отдыхают”. Между людьми идеальные человеческие отношения, везде следы счастья и довольства, о которых прежде и мечтать было нельзя. Вера Павловна в восторге от всего, что видит. Конечно, в этой картине много утопических элементов, социалистической мечты в духе Фурье и Оуэна. Недаром в романе на них неоднократно намекают, не называя прямо. В романе показан только сельский труд и говорится о народе “вообще”, очень обобщенно. Но эта утопия в главной своей мысли очень реалистична: Чернышевский подчеркивает, что труд должен быть коллективным, свободным, присвоение плодов его не может быть частным, все результаты труда должны идти на удовлетворение запросов членов коллектива. Этот новый труд должен опираться на высокие научно-технические достижения, на ученые и сильные машины, позволяющие человеку преобразить землю и всю свою жизнь. Роль рабочего класса не выделена. Чернышевский знал, что переход от патриархальной крестьянской общины к социализму должен быть революционным. А пока было важно закрепить в сознании читателя мечту о лучшем будущем. Это сам Чернышевский говорит устами “старшей сестры”, обращающейся к Вере Павловне со словами: “Ты знаешь будущее? Оно светло и прекрасно. Любите его, стремитесь к нему, работайте для него, приближайте его, переносите из него в настоящее сколько можете перенести”.

Роман Чернышевского «Что делать?» повествует о жизни и убеждениях двух молодых супружеских пар. Сначала мы видим любовный треугольник: юная Вера Павловна, дочь управляющего домом выходит замуж за студента-медика — Дмитрия Сергеевича Лопухова, но после влюбляется в его друга Александра Матвеевича Кирсанова. Брак Лопуховых не похож на все остальные: изначально их объединяла общность взглядов, затем, повинуясь своим представлениям о жизни мужа и жена, они определили необходимость автономии для себя, не вмешательства в дела друг друга. Вера Павловна открыла швейную фабрику, на которой девушки-работницы, являлись совладелицами и получали свою часть дохода. Но, появление Кираснова все меняет. Муж и жена осознают, что женились не по любви. Лопухов имитирует самоубийство, и спустя какое-то время Александр Матвеевич и Вера Павловна венчаются, переезжая в Новогород. Здесь главная героиня продолжает швейное дело, а Кирсанов работает врачом. Видение супружества остается прежним, с большой долей свободы супругов. В их жизни все время появляются знакомые и друзья — «новые люди», которые интересуются идеями равенства и социальной справедливости. В числе таких друзей оказывается супружеская пара Екатерина Васильевна и Чарльз Бюмонт, под загадочной личностью котрого скрывается пропавший Дмитрий Сергеевич Лопухов. И Кирсановы и Бюмонт-Лопуховы испытывают глубокие приятельские чувства, ощущение родства и решают в итоге жить под одной крышей, увеличивая круг «новых людей». Чернышевский Н.Г. Что делать? — М.: Стрекоза, 2004. — 124 с.

За этой на первый взгляд незатейливой историей взаимоотношений нескольких людей и второстепенных персонажей скрывается череда социальных и политических идей Николая Гавриловича Чернышевского. Он закладывает их в речи своих персонажей, характеры, и аллегорические формы, например сны, виденные Верой Павловной.

Среди основных тезисов произведения можно выделить перестройку общества для воплощения социализма, перемены среди интеллигенции, появление «новых людей», которые активно будут работать с молодежью, и пропагандировать революционные идеи, как Дмитрий Лопухов. Главным негативным качеством, противостоящим достижению поставленных целей у Чернышевского, выступает эгоизм. Олицетворением его можно считать мать Веры Павловны — Марью Алексеевну, особу богатую и себялюбивую, подтолкнувшую дочь к необдуманному браку. «Новые» же люди противопоставляются старым эгоистам, для них личное счастье должно быть неотделимо от общественного. Чернышевский отрицает божественное происхождение человека и его чувств, поэтому, само собой разумеется, что взаимопомощь и взаимовыручка вытекают из материальных, природных особенностей психологии человека. «Разумный эгоизм» героев романа — новая тактика поведения, сочетающая личные интересы с общественной справедливостью и равенством.

«Эта теория безжалостна, но, следуя ей, люди не будут жалким предметом праздного сострадания…» «Эта теория прозаична, но она раскрывает истинные мотивы жизни, а поэзия в правде жизни», — страстно утверждает Лопухов излагаю теорию «разумного эгоизма.

Кроме того, рассматривается роль женщины в обществе и особенности брака. В рассуждениях и действиях главной героини Чернышевский закладывает идею равенства мужчины и женщины, отстаивает идеалы равноправного брака. Так в своем первом сне Вера Павловна, сама освободившись из сырого подвала, обязалась освобождать других девушек. Уйдя из семьи, где царил дух мещанства и стяжательства, она создала свою семью «новых людей» и дала работу и надежду на равноправие девушкам в своей швейной фабрике.

Супруги Лопуховы именуют друг друга только «миленький» и «миленькая», они не спят в одной комнате, не обнажаются в присутствие друг друга. И мотивируют это тем, что только так могут поддерживать уважение и интерес. Еще дальше заходят эти правила в жизни Веры Павловны и Александра Матвеевича. В их доме существуют нейтральные и не нейтральные территории, входит в которые можно лишь по разрешению.

Об утопичности работы говорит именно то, что автор не описывает существующий строй, а формулирует основы будущего воображаемого гармоничного общества.

Наиболее ярко представлены идеи о государстве будущего в «четвертом сне Веры Павловны». Это государство — ряд колоний и городов, живущих независимо, однако тесно сотрудничая друг с другом. Постоянная миграция населения должна создавать приток трудовой силы в районы, где созревает сельскохозяйственная продукция. Все взрослое население, живущие в колониях будущего из алюминия и стекла, должно с раннего утра работать, при этом помощниками станут механизмы. Рабочий день будет коротким, а быт будут поддерживать дети и старики. Трапезы и досуг станут совместными. Но тот, кто захочет чего-то большего, должен произвести «расчет» с общиной.

«Здание, громадное, громадное здание, каких теперь лишь по нескольку в самых больших столицах, — или нет, теперь ни одного такого! Оно стоит среди нив и лугов, садов и рощ. Нивы — это наши хлеба, только не такие, как у нас, а густые, густые, изобильные, изобильные. Неужели это пшеница? Кто ж видел такие колосья? Кто ж видел такие зерна? Только в оранжерее можно бы теперь вырастить такие колосья с такими зернами. Поля, это наши поля; но такие цветы теперь только в цветниках у нас. Сады, лимонные и апельсинные деревья, персики и абрикосы, — как же они растут на открытом воздухе? О, да это колонны вокруг них, это они открыты на лето; да, это оранжереи, раскрывающиеся на лето. Рощи — это наши рощи: дуб и липа, клен и вяз, — да, рощи те же, как теперь; за ними очень заботливый уход, нет в них ни одного больного дерева, но рощи те же, — только они и остались те же, как теперь».

В этой большой общине, очевидно, не будет верховной власти — все будет решаться волею большинства. Труд и равенство — главные основы этого государства, состоящего из колоний и городов.

На пути к созданию этого идеального утопического строя происходит смена «старого порядка» то есть существующего неравенства и социальной несправедливости, которую могут произвести «новые люди». Последние должны противостоять обывателю, которого вполне устраивает существующий порядок вещей.

Труд должен быть коллективным, как и потребление плодов этого труда. Частная собственность, как таковая не отрицается открыто, но становится понятно, что частными могут быть лишь личные вещи каждого, а средства производства, как и результаты деятельности — общественными.

Новое государство — это демократическое, социалистическое общество, в котором нет места «фантастической грязи», тяжелому и неэффективному труду рабочих. В утопическом обществе «новые» люди растворятся в массе себе подобных, и их характер станет «общею натурою всех людей». Переход к такому государству не возможен без социальной революции. На это в частности указывают аллегорические образы романы и персонажи наподобие революционера Рахметова.

Фактически роль государства сводится к нулю. Чернышевский как бы заведомо игнорирует все описания институтов будущего общества. Главное для него — изменение мировоззрения людей, которые сами будут строить этого государство и коллективно управлять им.

Его акцент на сельскохозяйственной работе в государстве будущего свидетельствует о том, что Чернышевский видел будущее за крестьянством. Автор считал существующую буржуазию и пролетариат не способными к переменам, среди них должны появляться лишь немногие «новые люди», которые поведут за собой крестьянство, как главную производительную силу будущего государства. Для понимания глубины его взглядов необходимо добавить, что Чернышевский впервые в русской политической литературе ставит вопрос о коренном различии интересов либерального дворянства, либеральной буржуазии и крестьянства в русской революции.

Идея российского государства и российского народа у Чернышевского были неотделимы. Расширение границ его было такой же возможной и необходимой частью прогресса, как отречение от старого монархического порядка.

Из этого короткого отрывка можно сделать вывод, что жизнь на земле будет не чем иным, как конфедерацией социалистических государств, где не будет четких разграничений. А главенствующую роль в процессе создания этого нового мирового устройства должен занять русский народ.

Само слово страна здесь подчеркнуто, ибо государство и страна не одно и тоже. Государство подразумевает политическую систему власти, а страна лишь территорию, объединенную какими-то общими культурными или иными факторами.

«Больше половицы детей осталось дома заниматься хозяйством: они делают почти все по хозяйству, они очень любят это; с ними несколько старух».

«… те старухи, старики, дети, которые не выходили в поле, приготовили все это: «готовить кушанье, заниматься хозяйством, прибирать в комнатах, — это слишком легкая работа для других рук, — говорит старшая сестра, — ею следует заниматься тем, кто еще не может или уже не может делать ничего другого».

Труд вырабатывает «нерв», приносящий радость.

«Кто не наработался вдоволь, тот не приготовил нерв, чтобы чувствовать полноту веселья».

Что же делать с «нетрудовыми» слоями населения Чернышевский не указывает в романе, скорее всего они будут упразднены (если не уничтожены вообще) и несение обязанностей, связанных с организацией труда и нефизической деятельностью будет выполняться поочередно всеми гражданами государства.

Остается невыясненными такие основополагающие функции государства, как оборонительная, правовая, экономическая. Чернышевский в романе «Что делать?» изображает лишь отдельные желаемые черты государства, при этом, почти не касаясь вопросов государственного суверенитета, финансовой системы. Понятие «расчета» не раскрывает их в полной мере. Это дает возможность говорит даже о некоторых коммунистических тенденциях, Ведь в теории коммунизма после прохода социалистической фазы наступает периода отмена хождения денежных средств. Коммунизм, по сути, тоже утопическая идея о бесклассовом обществе, в котором упраздненная частная собственность на средства производства; мировоззрение, которое делает ударение на решающем значении, общества и сообщества (коммуны, общины) в жизни каждого человека, на абсолютной доминанте интересов сообщества над отдельной персоной. Одна из крайних форм коллективизма.

Можно сделать вывод, что, описывая свой «золотой век» Чернышевский подразумевал общество бесклассовое, уравненное независимо от индивидуальных черт и способностей каждого человека.

В новом государстве нет места старым моральным принципам. Значит, в нем нет места и церкви. Возможно, и сам институт брака будет упразднен. Семьи, как и дети, будут большими и коллективными. Сложные и недопустимые для того времени отношения Лопуховых и Кирсанова выступают в некатором роде предвестниками этой моральной свободы.

В чем-то Чернышевский, безусловно, предвосхитил устройство России в Советский период. И ликвидацию частной собственности, и обязательный коллективный труд.

Но утопичность подобных идей была развеяна на практике. Ведь, при внедрении в практику социалистическое устройство всегда является тоталитарным. Предвосхитили будущее и идеи Чернышевского о массовом на государственном уровне вмешательстве в природные процессы, что привело к масштабным экологическим проблемам после экспериментов советского периода. Существует расхожее мнение о том, что утопией у Чернышевского является только знаменитая вставная глава о четвёртом сне Веры Павловны. Но если в реалистическом по форме романе действуют не существовавшие в тогдашней реальности персонажи, высказываются возникшие много позже политические, экономические и философские идеи, описываются небывалые явления вроде высокодоходных коллективных швейных мастерских с фурьеристскими общежитиями-фаланстерами — то вся эта книга по жанру и назначению своему является утопией, фантастикой, предваряющей в нашей литературе именно знаменитый роман Е.И.Замятина «Мы». Сахаров В.И. Что делать с утопией Чернышевского?// https://archives.narod.ru Сайт Всеволода Сахарова

Чернышевский в своем романе «Что делать?» особый упор делает на разумный эгоизм (расчет выгод). Если благодарность вне людей, то разумный эгоизм лежит в самом «я» человека. Каждый человек втайне или открыто считает себя центром вселенной. Почему же тогда эгоизм разумный? А потому, что в романе «Что делать?» впервые рассматривается «новый подход к проблеме», «новые люди» Чернышевского создают «новую» атмосферу, по Чернышевскому, «новые люди» видят свою «выгоду» в стремлении приносить пользу другим, их мораль — отрицать и разрушать официальную мораль. Их мораль освобождает творческие возможности человеческой личности. «Новые люди» менее болезненно разрешают конфликт семейного, любовного характера. В теории разумного эгоизма есть бесспорная привлекательность и рациональное зерно. «Новые люди» считают труд абсолютно необходимым условием человеческой жизни, они не грешат и не каются, их ум находится в самой полной гармонии с чувством, потому что ни ум, ни чувства их не искажены хронической враждой против остальных людей. Можно проследить ход внутреннего развития Веры Павловны: сначала дома она обретает внутреннюю свободу, затем появляется необходимость общественного служения, а потом полнота личной жизни, необходимость трудиться независимо от личной воли и общественного произвола. Н. Г. Чернышевский создает не индивидуум, а тип. Для человека «не нового» все «новые» люди на одно лицо, возникает проблема особенного человека. Такой человек — Рахметов, который отличается от других, в особенности тем, что он — революционер, единственный индивидуализированный персонаж. Читателю выдаются его черты в виде вопросов: почему он поступил так? Зачем? Эти вопросы и создают индивидуальный тип. Он — «новый» человек в его становлении. Все новые люди — как с Луны свалились, и единственный, кто связан с этой эпохой, — Рахметов. Отречение от себя из «расчета выгод»! Здесь Чернышевский выступает не как утопист. И в то же время существуют сны Веры Павловны как указание на идеальное общество, к которому автор стремится. Чернышевский прибегает к фантастическим приемам: Вере Павловне во сне являются сестры-красавицы, старшая из них Революция — условие обновления. В этой главе приходится поставить много точек, объясняющих добровольный пропуск текста, который все равно цензура не пропустит и в котором бы обнажилась главная идея романа. Наряду с этим есть образ младшей сестры-красавицы — невесты, означающей любовь-равноправность, которая оказывается богиней не только любви, но и наслаждения трудом, искусством, отдыхом: «Где-то на юге России, в пустынном месте, раскинулись богатые поля, луга, сады; стоит огромный дворец из алюминия и хрусталя, с зеркалами, коврами, с чудесной мебелью. Повсюду видно, как люди трудятся, поют песни, отдыхают». Между людьми идеальные человеческие отношения, везде следы счастья и довольства, о которых прежде и мечтать было нельзя. Вера Павловна в восторге от всего, что видит. Конечно, в этой картине много утопических элементов, социалистической мечты в духе Фурье и Оуэна. Недаром в романе на них неоднократно намекают, не называя прямо. В романе показан только сельский труд и говорится о народе «вообще», очень обобщенно. Но эта утопия в главной своей мысли очень реалистична: Чернышевский подчеркивает, что труд должен быть коллективным, свободным, присвоение плодов его не может быть частным, все результаты труда должны идти на удовлетворение запросов членов коллектива. Этот новый труд должен опираться на высокие научно-технические достижения, на ученые и сильные машины, позволяющие человеку преобразить землю и всю свою жизнь. Роль рабочего класса не выделена. Чернышевский знал, что переход от патриархальной крестьянской общины к социализму должен быть революционным. А пока было важно закрепить в сознании читателя мечту о лучшем будущем. Это сам Чернышевский говорит устами «старшей сестры», обращающейся к Вере Павловне со словами: «Ты знаешь будущее? Оно светло и прекрасно. Любите его, стремитесь к нему, работайте для него, приближайте его, переносите из него в настоящее сколько можете перенести».

Н. Г. Чернышевский в своем романе «Что делать?» необычный упор делает на здравомыслящем эгоизме. Почему же эгоизм разумный, здравомыслящий? На мой взгляд потому, что в этом романе мы впервые видим «новый подход к проблеме», «новых людей» Чернышевского, создающих «новую» атмосферу. Автор думает, что «новые люди» видят личную «выгоду» в стремлении приносить пользу другим, их мораль — отрицать и разрушать официальную мораль. Их мораль высвобождает творческие возможности человеколюбивой персоны. «Новые люди» не так болезненно решают конфликты семейного и любовного характера. В теории рационального эгоизма есть несомненная привлекательность и рациональное ядро. «Новые люди» считают труд неотъемлемым условием человеческой жизни, они не грешат и не каются, их ум находится в абсолютной гармонии со своими чувствами, потому что ни чувства, ни ум их не извращены хронической враждебностью людей.

Можно проследить ход внутреннего развития Веры Павловны: сначала дома она обретает внутреннюю свободу, затем появляется необходимость общественного служения, а потом полнота личной жизни, необходимость трудиться независимо от личной воли и общественного произвола.

Н. Г. Чернышевский создает не индивидуум, а тип. Для человека «не нового» все «новые» люди на одно лицо, возникает проблема особенного человека. Такой человек — Рахметов, который отличается от других, в особенности тем, что он — революционер, единственный индивидуализированный персонаж. Читателю выдаются его черты в виде вопросов: почему он поступил так? Зачем? Эти вопросы и создают индивидуальный тип. Он — «новый» человек в его становлении. Все новые люди — как с Луны свалились, и единственный, кто связан с этой эпохой, — Рахметов. Отречение от себя из «расчета выгод»! Здесь Чернышевский выступает не как утопист. И в то же время существуют сны Веры Павловны как указание на идеальное общество, к которому автор стремится. Чернышевский прибегает к фантастическим приемам: Вере Павловне во сне являются сестры-красавицы, старшая из них, Революция — условие обновления. В этой главе приходится поставить много точек, объясняющих добровольный пропуск текста, который все равно цензура не пропустит и в котором бы обнажилась главная идея романа. Наряду с этим есть образ младшей сестры-красавицы — невесты, означающей любовь-равноправность, которая оказывается богиней не только любви, но и наслаждения трудом, искусством, отдыхом: «Где-то на юге России, в пустынном месте, раскинулись богатые поля, луга, сады; стоит огромный дворец из алюминия и хрусталя, с зеркалами, коврами, с чудесной мебелью. Повсюду видно, как люди трудятся, поют песни, отдыхают». Между людьми идеальные человеческие отношения, везде следы счастья и довольства, о которых прежде и мечтать было нельзя. Вера Павловна в восторге от всего, что видит. Конечно, в этой картине много утопических элементов, социалистической мечты в духе Фурье и Оуэна. Недаром в романе на них неоднократно намекают, не называя прямо. В романе показан только сельский труд и говорится о народе «вообще», очень обобщенно. Но эта утопия в главной своей мысли очень реалистична: Чернышевский подчеркивает, что труд должен быть коллективным, свободным, присвоение плодов его не может быть частным, все результаты труда должны идти на удовлетворение запросов членов коллектива. Этот новый труд должен опираться на высокие научно-технические достижения, на ученые и сильные машины, позволяющие человеку преобразить землю и всю свою жизнь. Роль рабочего класса не выделена. Чернышевский знал, что переход от патриархальной крестьянской общины к социализму должен быть революционным. А пока было важно закрепить в сознании читателя мечту о лучшем будущем. Это сам Чернышевский говорит устами «старшей сестры», обращающейся к Вере Павловне со словами: «Ты знаешь будущее? Оно светло и прекрасно. Любите его, стремитесь к нему, работайте для него, приближайте его, переносите из него в настоящее сколько можете перенести».

И вправду, трудно говорить об этом произведении серьезно, если принимать во внимание все его чудовищные недостатки. Автор и его герои говорят нелепым, топорным и невразумительным языком. Главные персонажи ведут себя неестественно, но они, словно куклы, послушны воле автора, который может заставить их делать (переживать, мыслить) все, что ему угодно. В этом признак незрелости Чернышевского как писателя. Подлинный создатель всегда творит сверх себя, порождения его творческой фантазии обладают свободной волей, над которой не властен даже он, их творец, и не автор навязывает своим героям мысли и поступки, а скорее они сами подсказывают ему тот или иной свой поступок, мысль, поворот сюжета. Но для этого необходимо, чтобы их характеры были конкретными, обладали законченностью и убедительностью, а в романе Чернышевского вместо живых людей перед нами голые абстракции, которым наспех придали человеческое обличье.

Нежизненный советский социализм происходил из французского утопического социализма, представителями которого были Клод Анри де Сен-Симон и многие другие. Их целью было создать благополучие для всех людей, причем реформу провести так, чтобы кровь не была пролита. Они отказывались от идеи равенства и братства и считали, что общество должно строиться по принципу взаимопризнательности, утверждая необходимость иерархии. Но кто же будет разделять людей по принципу более и менее одаренных? Так почему же благодарность — это самое лучшее, что есть в мире? Потому что те, кто снизу, должны быть благодарны другим за то, что они внизу. Решалась проблема полноценной личной жизни. Буржуазный брак (заключенный в церкви) они считали — торговлей женщиной, так как дама не может за себя постоять и обеспечить себя благополучием и поэтому вынуждена продаваться; в идеальном же обществе она будет свободна. На мой взгляд, самым главным в обществе должна быть благодарность.

Источник

Читайте также:  Сравнение средних значений двух нормально распределенных генеральных совокупностей